Архив

Алла ПОДЛУЖНАЯ журналист (специально для «ВЕДОМОСТЕЙ»)

Александра Смолярова: «На этой земле меня держат мой внук и театр»

Легендарная актриса Александра Смолярова призналась «ВЕДОМОСТЯМ», что считает за честь выход на сцену даже в эпизоде

Современные любители искусства знают из легенд о сценических жемчужинах Театра имени Леси Украинки времен Михаила Романова, Леонида Варпаховского, Юрия Лаврова — спектаклях «Живой труп», «Маскарад», «Давным-давно», «Дон Карлос», «Мораль пани Дульской». Немало киевлян помнят эти спектакли. А в театре служат актеры, которые в них играли.

  С ведущей актрисой Национального театра русской драмы народной артисткой Украины, лауреатом Национальной премии имени Тараса Шевченко, членом-корреспондентом Академии искусств Украины Александрой Смоляровой мы беседовали о прошлом и настоящем. После окончания Киевского института театрального искусства имени Карпенко-Карого молодая актриса работала в нескольких столичных коллективах — Театре юного зрителя и театре транспорта, а также Винницком музыкально-драматическом театре имени Садовского. Но ее родным домом навсегда стала Русская драма, на сцене которой в творческой судьбе актрисы появилось более сотни интересных и разнообразных ролей в спектаклях, вошедших в историю театра. Как-то Александра Захаровна сказала, что среди многих определений, что же такое актер, ей более всего импонирует следующее: «Артист — это человек, который тренирует чувства». Вот в такой связке — чувства, жизнь, театр — смысл бытия актрисы, секрет ее творческого и жизненного долголетия. — Александра Захаровна, оглядываясь на события вашей интересной и насыщенной жизни, о чем приятнее всего вспоминать? — Считаю, мне в жизни ужасно повезло, я попала в такой театр! Когда пришла сюда в 1952 году, Русская драма была на высочайшем подъеме, здесь работали выдающиеся художники, эпохальные фигуры в истории театра. Театр возглавлял Константин Хохлов. Какая высокая культура царила в коллективе, какие спектакли создавались! И мне посчастливилось сразу входить в эти постановки. В других театрах, где я работала до этого, я сыграла много ролей и наивно думала, что уже стала настоящей артисткой. Но только в Театре Леси Украинки поняла, что всему нужно начинать учиться сначала. И вот такие легендарные актеры, как Романов, Опалова, Лавров, Халатов стали моими партнерами. Только на расстоянии, с высоты прожитых лет можно в полной мере оценить мое творческое везение. Первая роль — Маша в «Живом трупе» с Михаилом Романовым, с ним же играла Нину в «Маскараде», в шиллеровском «Дон Карлосе» я — королева Елизавета, король — Юрий Лавров, Ганка в «Морали пани Дульской», а Евгения Опалова — Дульская. Легендарный спектакль «Давным-давно», знаменитая «Гусарская баллада», у меня — роль Шуры Азаровой, а Кутузова играл Виктор Халатов. Мне удалось, так как я очень этого хотела, ощутить этот театр, понять его. Я сразу приняла его эстетику, стиль, поняла, что это — мое, и эти ощущения не покидают меня уже много лет. Интересно, что при наличии таких великих актеров для нашего театра всегда было самым важным, чтобы на сцене присутствовала гармония, существовал актерский ансамбль. О Романове — Феде Протасове в «Живом трупе» можно говорить часами, но не вышла бы эта роль такой масштабной, если бы не был сделан гармонично весь спектакль, не выстроились все другие роли до мелочей. Благодаря этому вышло такое завершенное сценическое полотно. Кстати, в те времена актеры охотно играли все, был культ эпизода. Никому и в голову не приходило отказываться от маленькой роли, как сейчас это стало модным. Вот едва лишь появилась маленькая популярность, они считают возможным ставить свои условия, отказываться от небольших ролей. В годы моей молодости актерам было в радость играть все, и на сцене каждый из нас был и чувствовал себя важным винтиком, все думали об искусстве своего театра, как представить произведение зрителям наилучшим образом. Такое отношение к театру я сознательно исповедую и сейчас с одинаковой радостью играю главную роль Софии Ивановны в спектакле «Рождественские мечты» и произношу всего несколько фраз в современной версии моего любимого спектакля «Маскарад». Образ Нины из «Маскарада» — моя любовь на всю жизнь, и сейчас хотя бы в таком, скромном виде прикоснуться к гениальной драме Лермонтова считаю для себя за честь. — Театр имени Леси Украинки знаменит своей режиссерской школой. С кем вам было интересно работать? — Режиссеров было много. Но, бесспорно, были такие, у которых я многому научилась, качественно, профессионально выросла. Это Константин Хохлов, Леонид Варпаховский, Соколов, Нелли-Влад, Михаил Резникович. С Михаилом Юрьевичем мы сделали немало спектаклей, но наиболее дорогим для меня остался спектакль «История одной страсти». За что я особенно признательна режиссерам, так это за то, что они мне, тогда еще молодой актрисе, доверяли играть возрастные роли. Например, в спектакле «К новому берегу» я изображала героиню, которая начинала действие в 17 лет и заканчивала спектакль в 75! Николай Рушковский, мой ровесник, играл тогда моего сына. Понимаете, какие у меня были возможности показать свой актерский диапазон? Конечно, сначала немного испугалась. Но я придерживаюсь жизненного принципа — никогда ни от чего не отказываться. А наоборот, стараться победить обстоятельства и доказать, что я это могу. Роль вышла, это была хорошая школа, и эти знания мне помогли со временем сыграть Матрену во «Власти тьмы» Льва Толстого, старуху, а мне тогда не было и пятидесяти. Это тоже этапная роль в моей биографии. Потом была еще одна пожилая героиня, но уже комедийная — экономка Луиза во французской комедии «Будьте здоровы». С удовольствием вспоминаю спектакль последних лет — «Возвращение в Сорренто». — Какое у вас сейчас ощущение театра? — На сегодняшнее время наш театр очень интересно работает, много молодежи, которая привносит уже какой-то новый дух в театр, современный. Появляются разнообразные спектакли. Меня радует, что прекратились бездумные эксперименты, которые пытались ставить режиссеры, не понимающие, что Русская драма имеет свое особенное, неповторимое творческое лицо. Такие спектакли, были, что называется, «иной группы крови», и они не имели долгой сценической жизни. Наш театр психологический и силен именно этим. — А молодые актеры часто обращаются за советом к старшим коллегам? — Они сейчас все такие самостоятельные, не могу сказать, что это бывает часто. Но когда возникает потребность как-то помочь молодому партнеру, подсказать, вижу, что они прислушиваются с пониманием, признательны за помощь. Особенно трепетно я отношусь к спектаклю «Маскарад». Конечно, он совсем другой, не тот, который играли мы когда-то, но это все равно Лермонтов. Я, помня его досконально, совершенно не указываю молодым коллегам, как играть, да это и не этично, задача скорее режиссерская. Просто рассказываю им о внутренней атмосфере лермонтовского текста, чтобы они смогли точнее ухватить верную интонацию и чтобы, пусть даже через эту внешнюю, современную форму, был ощутим такой сильный, психологизм поэта. — Александра Захаровна, вашему оптимизму и жизненной силе можно позавидовать. — На этой земле сейчас меня держат мой внук и театр. Вот это заставляет меня жить, бороться. Не буду говорить, что театр — это любовь, так было бы слишком романтически, для меня — это долг. Стремление делать все, чтобы быть нужной театру. Такое понимание пришло ко мне давно. Театр вызывает у меня живые человеческие эмоции. Если эмоции есть, значит, человек живой!