 |
|
||||||||
|
|
№ 37 12 марта 2010
 |
|
Специально для «Киевских Ведомостей» известный писатель Дэви Аркадьев подготовил эссе о прощальном матче Олега Блохина, который прошел в Киеве ровно 20 лет назад.БЕНЕФИС ПОД ПЕРЕСТРОЙКУ «Умом, разумеется, понимаю, что это не то событие, которое непременно надо широко отмечать, освещая все подробности в СМИ. Но, как говорится, душой и сердцем почему-то чувствую, что хочу (и, думаю, должен!) взяться за перо, вспомнить и рассказать о том, как рождалось, на мой взгляд, знаковое событие двадцатилетней давности. Полагаю, меня подвигло на это... EURO-2012, точнее – тот негатив, который доводилось читать еще недавно об украинских реалиях подготовки к третьему по значимости из мировых массовых зрелищ. ... А в декабре я был в Киеве, где меня и застала главная новость, прилетевшая с острова Мадейро и порадовавшая, уверен, миллионы украинцев. На фоне международного финансового и экономического кризиса, от которого Украина пострадала особенно, в условиях политического беспредела и предвыборной борьбы за президентское кресло, ласкающие слух слова президента УЕФА Мишеля Платини: - В сентябре мы отложили решение по трем-четырем городам-претендентам от Украины – от них требовался значительный прогресс в подготовке. Могу сказать, что на сегодня, благодаря поддержке и жертвам, на которые пошло украинское правительство, мы наконец можем дать зеленый свет турниру, который пройдет в четырех польских – Варшава, Вроцлав, Познань и Гданьск – и четырем украинским – Киев, Донецк, Харьков и Львов – городах. Финал пройдет в Киеве, - сказал блистательный в недавнем прошлом футболист и главный функционер футбольной Европы. А через несколько дней я стал свидетелем презентации официального логотипа ЕВРО-2012 в Киеве и, разумеется, невольно память не раз меня возвращала к тому замечательному празднику футбола и личности, который проходил на нынешнем "Олимпийском", где полным ходом идет реконструкция. Написанные в июне строки о прощальном матче Блохина тоже обновлялись какими-то новыми деталями для читателей "Киевских ведомостей". ВАСИЛЬИЧ БЫЛ ПРОТИВ...
Памятуя слова классика о том, что скромность – это прямой путь к неизвестности, уточню, что идея прощального матча Блохина зародилась у меня в сезоне-87. Именно в том году чем меньше Олег Блохин появлялся на футбольном поле, тем он чаще задумывался: не сделать ли тот сезон последним в своей футбольной биографии? Разумеется, эти мысли великого футболиста не попадали в прессу. Видимо потому, что иные нынешние спортивные журналисты ещё под стол пешком ходили, а мои тогдашние коллеги не лишены были чувства этики и такта. Мне же подобные душевные страдания динамовца были известны только потому, что как раз в ту пору мы с ним работали над документальной повестью «Футбол на всю жизнь». Благодарен соавтору за то, что наши с Олегом диалоги были честными и открытыми как его игра на поле. Во время одной из бесед для заключительной главы книги я и спросил Блохина: - Как вы сами представляете своё прощание с футболом? - Я бы не против сыграть в прощальном матче, скажем, команды «Динамо»-75 против «Динамо»-86 – обладателей Кубка кубков – и по тайму мог бы поиграть в составах этих команд. - Вам не откажешь в скромности, Олег! – воскликнул я. – Мне представляется всё это немного иначе... И я подробно изложил соавтору как именно вижу его прощальный матч. Впрочем, всё это уже давно описано больше двадцати лет тому назад в первом издании нашей книги «Футбол на всю жизнь» (любопытные могут заглянуть на страницу 342). Примечательно, что мои мысли, которыми в тот день поделился с Блохиным в своём уютном рабочем кабинете, через два с половиной года и легли в основу праздника легендарной футбольной личности. Но времена были такими (как-никак, жили-то в СССР!), что вежливо дослушав мой монолог до определённого места и, видимо, воспринимая всё сказанное как фантастику, Блохин всё же прервал меня: - Неужели такое возможно в Киеве?! – неожиданно воскликнул Олег.- Честно говоря, что-то не верится в реальность такого матча с моим участием... Впрочем, сама идея прощальной игры великого форварда, как говорится, словно бы витала в воздухе. Между прочим, на вечере в Киевском Дворце спорта, где динамовцам вручали серебряные награды чемпионата страны-88, среди множества вопросов Лобановскому болельщики задали и такой: «Когда состоятся проводы Олега Блохина?» - Олег сделал для клуба очень много,- сказал Валерий Васильевич.- Это игрок, которого знает весь мир. Но дело в том, что я не могу ответить на вопрос конкретно. В разговоре со мной Олег сказал, что собирается играть по крайней мере до 1991 года. Так что вопрос, как видите, открыт... Признаться, так я и не понял, шутил ли Васильич в тот предновогодний вечер или говорил серьёзно? Блохин же меня заверил, что у него на этот счёт с Лобановским не было никаких разговоров. Между прочим, коллеге по профессии Мише Назаренко я уже рассказывал о том, что Васильич был против проведения прощального матча Блохина (желающие могут об этом прочитать в 1-м номере газеты «Бульвар Гордона» за 2007-й год). Аргументы главного тренера киевского «Динамо» были просты как правда: не устраивали, дескать, подобных проводов Мунтяну, Колотову, Веремееву и многим другим выдающимся киевским динамовцам, почему же такие почести для Блохина!? Футбол – игра командная! - Вы абсолютно правы, Васильич,- согласился я с мэтром.- Зря, конечно, этих действительно заслуженных мастеров не провожали достойно, но надо же с кого-то начинать! Давайте начнём с Олега... БЕЗ СВАДЕБНЫХ ГЕНЕРАЛОВ
Ничего, как известно, не делается до тех пор, пока кто-то не начинает делать. Так было и в истории с прощальным матчем. Cказать, что «пробить» его, как говорится, стоило сил и времени, значит ничего не сказать. Тем более в Киеве, столице УССР, где без разрешения из первопрестольной о чём-либо серьёзном и мечтать нельзя было. И всё-таки в самом начале 1989-го многие коллеги-журналисты стали запускать «пробные шары»: своими публикациями исподволь словно бы готовили общественное мнение к мысли о необходимости прощального матча Олега Блохина. Правда, в основном это была республиканская пресса. С моей точки зрения, в этом преуспели «Комсомольское знамя», «Радянська Україна», «Вечірній Київ», а с подачи вашего покорного слуги и союзная «Комсомольская правда». Эти публикации вызвали прямо-таки потоки одобрительных писем болельщиков. Люди горячо поддержали идею прощальной игры Олега. Но я ведь задумывал не просто матч, а три дня праздника кряду: бенефис в Киевском Дворце спорта, собственно прощальный матч на Республиканском стадионе и встречу с болельщиками во дворце культуры «Украина». И всё это, представьте себе, абсолютно без официального одобрения «сверху», без мощных спонсоров (в нынешнем их понятии) или шоу-бизнеса!? Говоря проще, без копейки денег. ...Теперь, когда пишу эти строки, понимаю, что ничего в этом мире «просто так» не происходит. Думаю, не случайно в первые дни марта 1989-го в здании Госкомспорта УССР встретил начальника управления спортсооружений Б.М.Воскресенского. Он пригласил меня в свой кабинет, любезно усадил в кресло и ошарашил первой же своей фразой, как сказал бы мудрый Штирлиц, прямо и в лоб: - Давайте вместе с вами проведём прощальный матч,- как-то неожиданно просто, глядя мне прямо в глаза, на полном серьёзе предложил Борис Михайлович.- Знаю, трудностей будет много. Помех тоже. Но кого нам бояться?! Я сразу понял, что Воскресенский некоторые мои публикации о возможном прощальном матче Блохина читал и, как принято говорить в подобных случаях, был «в материале». Не скрою, мне всегда импонировали весёлый нрав, смелая позиция и решительность этого человека. - Только одно непременное условие,- говорю ему.- Не надо ни с кем этот вопрос согласовывать и традиционно громоздких оргкомитетов во главе со свадебными генералами создавать тоже нет смысла. А в партнёры берём только компетентных в своём деле людей. - Согласен,- ответил Воскресенский. – Если начнём согласовывать и советоваться, значит, рискуем, что нам только помешают... И мы, как говорится, ударили по рукам. А вскоре, в те же мартовские дни восемьдесят девятого, подписав соответствующее соглашение для проведения прощального матча Олега Блохина, объединили свои усилия три равноправных партнёра – управление спортсооружений Госкомспорта УССР, футбольный клуб «Динамо», Киев (заметим в скобках, что в самом начале 1989-го – отдадим должное целеустремлённости и последовательности В.В.Лобановского! – клуб перешёл на полный хозрасчёт) и киевский комплексный кооператив «Пегас», в годы перестройки зарекомендовавший себя в организации массовых зрелищ и творческих встреч. Ни в одну из этих структур я не входил (как независимый журналист состоял тогда на учёте в Киевском комитете литераторов), слова «продюсер», похоже, в ту пору в русском языке не существовало, а посему стал официальным пресс-атташе прощального матча. Для особо любопытных замечу, что, как в ту пору говорили, «на общественных началах», то есть, без зарплаты. Да и откуда ей было взяться, если я уже писал выше, что начинали мы без каких-либо средств?! Уповали на принцип: голь на выдумки хитра... Самого Блохина, естественно, тоже считал своим ближайшим партнёром в организации его прощального матча. Тем более, что в ту пору он уже вполне сносно овладел немецким языком. Как люблю говорить в подобных случаях, жучка в ухо (чтобы «жужжал»!) запустил Олегу ещё в январе 1989-го, когда он, играющий тренер австрийского клуба «Форвертс» из Штайра, приезжал в родной Киев на зимние каникулы. Между прочим, не припомню, чтобы Блохин был столь спокоен и уравновешен, как в те январские дни. Он никуда не спешил, похоже его не заботили никакие житейские проблемы. Разумеется, с особым интересом слушал рассказы Олега об его участии в составах сборных мира - в Турине против сборной Италии-82, ставшей победителем мирового чемпионата в Испании и против ПСВ «Эйндховен» на проводах знаменитого голландца Вилли Ван дер Керкхофа. Во время одной из таких бесед я спросил: - Олег, играя в различных прощальных матчах в компании звёзд мирового футбола, вы не поинтересовались, случайно, сколько времени уходит на подготовку таких игр? Как сложно их организовать? - Когда этим занимаются профессионалы, ничего сложного нет, но организация такого матча всё-таки требует трёх-четырёх месяцев подготовки,- спокойно сказал Блохин и, улыбнувшись, добавил: - Дэви Аркадьевич, я понял к чему вы клоните. - Думали об этом? - Ещё бы! – оживился Олег.- К примеру, игра в Эйндховене. Организация матча просто великолепная – настоящий праздник большого футбола для зрителей и для нас, футболистов. После игры – общий банкет, подарки спонсоров. Между прочим, главным спонсором этого матча была фирма «Филипс». Я в тот вечер в своём дневнике записал: «Мне бы такой матч». Правда, очень грустно было, когда Вилли уходил с поля. Минут за двадцать до конца он сам попросил замену. И, честно говоря, глядя вслед уходящему с поля знаменитому голландцу, я невольно представил себя на его месте. Вот тогда и взгрустнулось... О «КРЫШЕ» Я ВСЁ-ТАКИ ПОЗАБОТИЛСЯ
А сейчас о том, о чём за все эти двадцать прошедших лет ни разу не писал и никому не рассказывал. Когда мы с партнёрами уже наметили сроки трёхдневных торжественных проводов Олега Блохина (27- Мы с партнёрами решили, что мне надо ехать в Москву и пробивать «заговор молчания». Всю первую неделю апреля я провёл в столице той, напомню, страны Советов, где в каких-то важных начинаниях и шагу нельзя было ступить, отклонившись от «линии партии». И надо же такому случиться, чтобы как раз в то время одним из самых серьёзных и влиятельных идеологов в главном доме на Старой площади был мой давний знакомый Александр Семёнович Капто. Между прочим, человек, который меня, журналиста-нештатника, переехавшего весной 1965-го в Киев из Одессы (да ещё с не очень-то благозвучной для тех советских лет фамилией Бакман!) перевёл в штат республиканской молодёжной газеты «Комсомольское знамя», главным редактором которой он был в ту пору. Я знал его давнюю страсть – наблюдать за становлением юных талантов в матчах дублёров на киевском стадионе «Динамо» в Петровском парке. Так что Блохина он запомнил, как говорится, с младых ногтей... В моём еженедельнике уже далёкого 1989-го есть такая запись: «5.04.с.г. Старая площадь, 20-й подъезд, 5-й этаж, 510-я комната, - Вам придётся немного подождать - у Александра Семёновича сейчас совещание,- и, видимо, уловив мой машинальный взгляд на часы, слегка улыбнувшись, добавила: - Работы очень много! Михаил Сергеевич, улетая, фактически оставил на него всё хозяйство... Как раз в те дни проходил официальный визит Генерального секретаря ЦК КПСС, Председателя Президиума Верховного Совета СССР /с В кабинет Капто я вошёл не с «пустыми руками», но мои «взятки» были, думаю, по законам жанра. Презентовал ему наши с Олегом книги «Право на гол» и «Футбол на всю жизнь», разумеется, с тёплыми словами от авторов, номера «Комсольского знамени» и «Вечернего Киева» с интересными публикациями о динамовцах Киева. В первой же фразе сразу пустил в ход одну из своих «домашних заготовок»: - Представляете, Александр Семёнович, казалось бы совсем недавно в Киеве вы любовались игрой Блохина в дубле, а через пару месяцев мы, Бог даст, устроим ему уже торжественные проводы... И я как можно лаконичнее изложил одному из главных на тот период партийных идеологов страны... идеологию прощального матча Олега Блохина и задуманный нами его высокий уровень. Высказался и о том, что, на мой взгляд, очень тормозит наше дело – поведал о своеобразном «заговоре молчания» в союзных СМИ. Естественно, привёл конкретные тому примеры разного отношения к матчам Яшина и Блохина. Внимательно меня выслушав, Капто спросил: - Что от меня требуется? И тут я пустил в ход ещё одну «домашнюю заготовку»: - Абсолютно ничего, Александр Семёнович! – как можно убедительней воскликнул я.- Понимаю ваш уровень, загруженность и колоссальный объём работы. Мне действительно приятно было вас повидать, рассказать о нашей задумке... - Говори прямо, не стесняйся! – перебил меня Капто. - Тогда со словом «если»,- сказал я. - Если что? – он испытывающе на меня посмотрел. - Если сочтёте для себя возможным поговорить при случае с Грамовым и посоветовать ему... не мешать нам в проведении матча Блохина,- спокойно сказал я.- Помощи мы не просим. Главное, чтобы не мешали. Поясню, что Грамов Марат Владимирович, член МОК в 1988 – 1992 годах, председатель Комитета по физической культуре и спорту при СМ СССР, председатель НОК Советского Союза 1983 – 1989 годов. Капто пообещал поговорить с Грамовым и даже посоветовать ему оказать «матчу Блохина» валютную помощь. Александр Семёнович вышел из-за стола, медленно проводил меня до двери и, крепко пожимая руку, сказал: - Действуй! Ты на правильном пути, а в случае чего, звони... Наша встреча с Капто длилась 45 минут. Всего один тайм. Признаюсь, что никому об этом никогда не рассказывал. Даже партнёрам по организации «матча Блохина». Но выйдя в тот день из здания ЦК КПСС, почувствовал какую-то внутреннюю уверенность в том, что всё у нас получится. И конечно же понимал, что, пользуясь сегодняшней лексикой, в нашем деле появилась серьёзная «крыша». СКАЖИ: «С ПОПОВЫМ СОГЛАСОВАНО!»
И всё-таки многое (если не всё!) в достижении успеха решал человеческий фактор. И на кого же можно было расчитывать, если не на выходцев из Украины!? Ирина Дерюгина, в то время жена Олега Блохина, конечно с первых же дней рождения прощального матча тоже, как говорится, активно включилась в процесс. Она-то и организовала мне встречу с тогдашним первым секретарём ЦК ВЛКСМ Виктором Мироненко. Мой обстоятельный разговор с ним закончился одобрением: - Полностью разделяю ваше мнение по всем позициям,- сказал он.- Постараюсь помочь пробиться к тем, кто командует радио и телевидением страны. Звоните через пару часов... Когда я позвонил, узнал, что у Мироненко разговор с председателем Гостелерадио СССР А.Н. Аксеновым состоялся. Правда, Виктора озадачила позиция Аксёнова («Сказал, что валюта нам особенно не нужна»), который поручил всем заниматься своему заместителю В.Попову. И, пожелав мне удачи, Мироненко посоветовал: - Надо обязательно прорваться к Попову! Первый же мой звонок помощнику Попова В.Ломовцеву казалось бы ничего хорошего не сулил: «Попов очень занят,- услышал я в трубке.- Он лично отвечает за визит Горбачёва перед Политбюро ЦК КПСС, но я доложу о вашем звонке». Как я уже писал выше, ничего в этом мире «просто так», видимо, не происходит. В очередной раз звонил Ломовцеву из кабинета своего московского коллеги - спортивного обозревателя «Правды» Льва Лебедева (естественно, в его присутствии). Сам он пообещал, что главная газета компартии «матч Блохина» поддержит. Узнав же о цели моего звонка в Гостелерадио СССР, сразу меня приободрил: - А я с Поповым знаком! – воскликнул Лёва.- Нормальный мужик! Спорт любит. Да он и сам ездил комсоргом нашей сборной в Хельсинки ещё в пятьдесят втором году... Правда, я так толком и не понял, с какой именно сборной – футбольной или хоккейной. И всё-таки это была информация, благодаря которой возможная «домашняя заготовка» на этот счёт невольно сразу мелькнула. Лебедев оказался человеком дела и, думаю, именно его звонок Попову помог мне «прорваться». Во всяком случае, когда в тот день я около пяти вечера в очередной раз позвонил Ломовцеву, голос его звучал уже не столь категорично, как утром: - Приезжайте в Останкино к 18.30,- сказал он.- Вам уже выписан пропуск. Попов вас примет, но только две минуты... Ровно в половина седьмого вечера я вошёл в кабинет Попова. И сразу, с порога, пустил в ход «домашнюю заготовку», мелькнувшую в мыслях еще в редакции «Правды» во время встречи с Лебедевым. - Ну и защита у вас! – как можно уверенней воскликнул я.- Даже посильней той защиты сборной страны, с которой комсоргом вы ездили в Хельсинки в пятьдесят втором. Еле к вам прорвался.. Наша встреча продлилась чуть больше сорока минут. На письме, которое было у меня заранее заготовлено и указывались точные сроки торжественных проводов Блохина, размашистым почерком Попов наложил резолюцию: «Овсюкевичу: коммерческие сделки и контракты - у нас и за рубежом! Ратнеру: обеспечить пропаганду по ТВ и Радио. Обеспечить трансляцию!». Видя доброе расположение духа хозяина кабинета, я сказал ему о том, что в середине апреля в Москве мы проведём пресс-конференцию, посвященную «матчу Блохина». И поинтересовался, возможно ли в этом его, Попова, участие? - Информацию об этом я обеспечу, будем освещать, - медленно сказал он. – Но сам, видмо, участвовать не буду. Уровень... Ты всё-таки находишься в кабинете первого зама шефа крупнейшей телекомпании мира! В этот момент на огромных экранах телевизоров его кабинета в какой-то новостной программе замелькали кадры из Лондона о визите Горбачёва в Англию. Появление крупным планом Маргарет Тэтчер не оставило Попова равнодушным: - Ах, какая баба! – крякнул он. В.И.Попов, поблагодарив за презентованную ему книгу «Право на гол», на прощанье сказал: - Можешь ссылаться на меня! Скажи: «С Поповым согласовано!» На следующий день после этой встречи я снова был в Останкино... около семи утра. Но на этот раз для того, чтобы выступить в прямом эфире в программе Владимира Молчанова «120 минут» и – на всю страну! – впервые сказать о прощальном матче Блохина, назвав точные его сроки. Правда, для этого на В.Попова ссылаться мне не пришлось. Всё произошло с подачи Николая Николаевича Озерова, пухом земля этому светлому человеку, которого считаю одним из главных своих советников в деле организации бенефиса Блохина. Озеров и «сосватал» меня Молчанову в его утреннюю программу, во время которой, к слову сказать, я привёл точку зрения самого Николая Николаевича об Олеге Блохине. И уже через пару часов почувствовал, что, как говорится, «джин» был выпущен из бутылки. - Дэви, благодарю, что вспомнили обо мне в эфире! – сразу воскликнул Озеров, когда я позвонил, чтобы... поблагодарить его. – Шквал звонков! Мне сегодня звонят со всей страны, люди собираются поехать в Киев, интересуются смогу ли помочь им с билетами на матч Блохина!? В программе Володи Молчанова я не случайно привёл мнение Озерова о Блохине. Для тех, надеюсь, молодых читателей, которым мало что известно о тех временах, поясню. Очевидец, свидетель и комментатор восьми летних Олимпиад, восьми футбольных чемпионатов мира, сотен матчей заслуженный мастер спорта Николай Озеров, когда его спросили, кого бы он мог назвать личностью в спорте, ответил: - Мне очень трудно кого-то выделить, чтобы не обидеть других... Я счастлив, что был свидетелем триумфальных взлётов Лидии Скобликовой и Владимира Куца, Вячеслава Иванова и Валерия Борзова, Владислава Третьяка и Сергея Бубки. Я горжусь дружбой с замечательными людьми – Всеволодом Бобровым и Константином Локтевым, Вячеславом Старшиновым и Анатолием Фирсовым, Борисом Михайловым и незабвенным Валерием Харламовым. Эти спортсмены вобрали в себя все лучшие качества, присущие советским людям,- патриотизм, мужество, чувство долга, коллективизм. Отдельно хочу сказать о лучшем советском футболисте всех времён Олеге Блохине,- продолжал Озеров.- Смело могу утверждать: никому из игроков не довелось перенести столько необоснованных упрёков, сколько их выпало на его долю. Другого подобные «уколы» давно бы сломали, выбили из колеи. А Олег с завидным постоянством продолжает штурмовать ворота соперников и рекорды результативности. От всей души желаю этому мастеру удачи и спортивного долголетия. ВСЁ, ЧТО НЕ ЗАПРЕЩЕНО, РАЗРЕШЕНО!
...Результаты своих поездок в Останкино и посещения В.Попова почувствовал ровно через неделю после визита к нему. 14 апреля пригласил меня к себе тогдашний председатель Госкомспорта УССР М.М.Бака. Показал мне телекс из Гостелерадио СССР о том, что «матч Блохина» будут транслировать в прямом эфире по ЦТ! Требовалось дать сценарий праздника и точно уложиться до 21.ОО (напомню, что именно в этот час начиналась программа «Время»). У нас с Михаилом Макаровичем, одним из «генералов большого спорта», всегда были самые добрые отношения. Но на этот раз, пока я читал послание из Москвы, он смотрел на меня с каким-то подозрением. Когда я закончил читать, не очень громко спросил: - Что за матч, дорогой мой, почему я об этом ничего не знаю?! Он говорил тихо, вкрадчиво, вроде бы спокойно, но во всём чувствовался этакий подтекст настороженности. Словно бы в кабинете фактически тогдашнего министра украинского спорта звучали извечные «совейские» вопросы: «Кто разрешил?», «С кем согласовано?». - Можете быть абсолютно спокойны,- сказал я Баке.- Всё будет в полном порядке, а бумагу для Москвы я вам подготовлю. - И всё-таки скажи, кто дал добро? – вкрадчиво спросил он. Разумеется, я мог рассказать Баке о своём визите в ЦК КПСС к А.Капто и все вопросы отпали бы сами собой. Но чего ради, думаю, должен «колоться»!? Да и взыграл во мне, видимо, в тот момент мой неистрибимый одесский оптимизм. Я взглянул на огромные портреты М.С.Горбачёва и В.В.Щербицкого, которые висели на стене за спиной у Баки и выпалил: - Михаил Макарович «добро» получено на самом высоком уровне! Приподняв голову в сторону портрета Щербицкого, Бака тихо спросил: - У него? - Берите выше,- в тон ему тихо ответил Баке. Он медленно поворачивает голову в сторону портрета Горбачёва и на полном серьёзе спрашивает: - Как ты на него вышел? - Он сам на меня вышел, - шепчу Баке. В ответ только вопросительный взгляд. - По телевизору из Ленинграда,- с серьёзным видом, еле сдерживая себя, чтобы не прыснуть от смеха, говорю самому главному спортивному начальнику Украины.- Михаил Сергеевич так и сказал: «Всё, что не запрещено, разрешено!» На следующий день после этого разговора с М.Бакой, словно гром среди ясного неба: «Динамо», Киев дома с треском проиграло своему извечному и главному сопернику – московскому «Спартаку» - 1:4. Причем, почти до финального свистка спартаковцы вели с «сухим» счетом. И только минут за пять до конца игры Геннадий Литовченко забил гол «престижа». И почти сразу после этого был травмирован. Динамовцы уходили с поля под свист болельщиков. А мы, организаторы «матча Блохина», как раз готовились выехать в Москву для проведения, на мой взгляд, серьёзнейшей акции. 16 апреля ещё не было девяти утра, когда позвонил Лобановский. Разумеется, в нашем прощальном матче он, тренер сборной СССР, одна из главных фигур в списке на поездку в столицу. Но первая же его фраза меня огорчила, пожалуй, больше, чем тот проигрыш «Спартаку». - Обстоятельства таковы, что я не могу поехать в Москву,- сказал Васильич.- Руководство мне об этом сказало. Надо заниматься командой... Слушал его не перебивая. Понимал, что Лобановскому, мягко говоря, не сладко и чувствовал: ему надо выговориться. -...По тому, как играли, как проводили команду, она находится в тяжелом состоянии, - спокойно продолжал Лобановский.-. Семь игроков травмированы. Неизвестно как Литовченко!? Если он вышел из строя, тогда вообще плохо. У нас 19-го – «Шахтёр», 26-го – со сборной ГДР. В «Динамо» основные игроки сборной. Надо быть с командой, надо помочь людям восстановиться. Я поговорю с Симоняном. Он, как начальник сборной СССР, на пресс-конференции наши интересы представит не хуже меня. Поймите, морально мне будет неприятно. Я буду чувствовать угрызение совести, если буду в Москве. - Я вас прекрасно понимаю, Васильич,- только и вставил я, понимая, что его монолог не закончен. - Ситуация назревала,- звучал из трубки его негромкий голос.- Есть люди, которые себя исчерпали. Такие периоды были не раз. Это не трагедия. Вполне нормальные вещи. Надо сейчас помочь как можно быстрее выйти из этого состояния. Надо думать об игре с ГДР. А тут ещё помехи со стороны партии «зелёных»... Это же только привлечь к себе внимание, пошуметь... Сейчас важны каждый день работы с людьми, каждый час! Тем, кто может, надо помочь. Тем, кто не может, надо просто посочувствовать. Обстоятельства заставляют работать буквально с каждым... Конечно же звонок мэтра огорчил. И всё-таки теплилась какая-то слабая надежда убедить его. Часа за три до отхода московского поезда я ему позвонил. - Васильич, чётко помню наш утренний разговор, разделяю вашу точку зрения и всё-таки,- говорю,- такого шанса может больше не представиться: изложить свою позицию на столь высоком уровне в Москве – в пресс-центре МИДа с участием наших и зарубежных журналистов! Но Лобановский остался самим собой: - Сейчас самое важное команда! – воскликнул он. – Надо вывести её из шокового состояния. Надо быстрее ставить на ноги команду! Это не трагедия: поймали старичков на «стенках»... Я не имею морального права уехать, бросить команду. Поэтому сейчас я еду на базу проводить тренировку дублирующего состава... - Вас понял, Васильич, но я надеюсь провести пресс- конференцию с вашим участием в Киеве - 26-го июня, до прощального матча? - Конечно! Но... Только после матча. СПЕШИТЕ ДЕЛАТЬ ЛЮДЯМ ДОБРО! ... Шутки-шутками, но в кабинетах самых высоких начальников в дни подготовки к прощальному матчу Блохина я встречал немало поклонников игры Олега. Конечно же были они и среди советских дипломатов самого высокого уровня. Одним из них оказался и заместитель начальника управления информации МИД СССР Юрий Александрович Гремитских. Встретился с ним в один из первых дней апреля, в самом начале своей командировки в Москву. Пока он, рассматривая фотографии, листал, презентованную ему книгу «Право на гол» (для меня она стала, словно фирменная визитка прощального матча!), я коротко изложил суть задуманного нами прощального матча, который, на мой взгляд, выходил далеко за рамки просто спортивного состязания. - Давайте попробуем,- сразу согласился Гремитских.- Только не будем называть это пресс-конференцией, назовем просто встречей. Но пресс-релиз и копии публикаций о Блохине подготовьте... В тот апрельский день встречи на Зубовском бульваре в Москве, думаю, нам удалось донести до многих советских и иностранных журналистов главный смысл торжественных проводов Олега. Ведь благотворительная направленность, задуманная нами, придавала этому событию особую гражданственную и нравственную ценность: прощальный матч Блохина был посвящен 40-летию международной организации «СОС Киндердорф Интернейшнл». Что это за организация и какая связь между ней и Блохиным? В ту пору Олег играл в одном из футбольных клубов Австрии. И надо же так случиться, что именно в этой стране, где популярный форвард из Киева быстро снискал любовь и австрийских фанатов, в своё время прозвучал общественный призыв Германа Гмайнера к строительству дома для осиротевших и брошенных детей. Естественно, сразу нашлись скептики, которые не верили в эту затею. Но когда мы с Олегом делали первые шаги в организации его торжественных проводов, отделения «СОС Киндердорф» были открыты уже в 94 странах мира! На всех континентах появились семейные детские дома и примерно 5 миллионов детей жили в благоустроенных детских городках семейного типа! Как же было не воспользоваться столь благоприятным международным фоном и обстоятельствами австрийских корней благородного фонда!? А заодно попробовать что-то доброе сделать и в нашей стране!? Тем более, что мне импонировали дела и поступки тогдашнего президента международного фонда «СОС Киндердорф Интернейшнл» Хельмута Кутина, воспитанника и последователя Г.Гмайнера, именем которого и был назван международный фонд. Не стану особо распространяться по этому поводу. Замечу лишь, что главная мысль Кутина состояла в том, что в каждом человеке живет желание сделать добро, и нужно только помочь его осуществить. Я ведь, признаться, тоже во многих своих начинаниях будь то в стране Советов, уже канувшей в лету, в независимой ли Украине или в США, куда судьба занесла меня осенью 1992-го, всегда пытался взывать к душевной щедрости и благородству своих партнёров, призывая их простыми и понятными словами: «Спешите делать людям добро!». Чуть забегая вперёд, полагаю, что именно здесь уместно заметить, к слову, что благотворительная направленность торжественных проводов Блохина в конечном итоге получила и своё конкретное цифровое выражение. Только благотворительных билетов советского детского фонда было продано на сумму 76.579 рублей! Кроме того, мы, организаторы «матча Блохина», приняли решение о перечислении 20 тысяч рублей в фонд строительства центра комплексного формирования личностей детей и подростков в станице Азовская, Северского района, Краснодарского края, где в ту пору трудился педагог-новатор М.П.Щетинин. 6 тысяч рублей было перечислено в фонд киевского городского отделения Общества Красного Креста. К тому же, во время проведения благотворительных аукционов во Дворце спорта и во Дворце культуры «Украина» было собрано 1269 рублей, которые тоже пошли на нужды детей-сирот одного из киевских интернатов. Итак, свыше 100 тысяч на благотворительность и милосердие (заметим в скобках, в ту пору - полновесных рублей, которые по официальному курсу были почти равны «его величество» доллару)! ЗВЁЗДЫ ЭСТРАДЫ – ЗВЁЗДАМ ФУТБОЛА! ...Однажды я выписал слова, которые сказал словацко-немецкий сатирик Габриель Лауб: "Раб не стремится стать свободным, его мечта - стать надсмотрщиком над другими рабами". Часто задумывался над их глубоким смыслом. Сейчас, оглядываясь на пройденный путь, отчётливо понимаю, что именно придавало мне духовные и физические силы. Догадались? Да, неуёмное стремление, как сказал классик, по капле выдавливать из себя раба, помогать людям освобождаться от рабства, в котором мы пребывалии десятилетия. И за день до совещания всех партнёров «матча Блохина», когда мы фактически объявляли «готовность №1», словно по Станиславскому, поставил перед собой сверхзадачу. Приведу точную запись (без каких-либо правок!) из своего еженедельника: « Праздник людей и праздник для людей – вот какими должны стать дни 27,28 и Следует всё сделать для того, чтобы его организаторы поднялись бы над чисто спортивными аспектами «мероприятия» и гражданским видением ощутили значимость события в масштабах страны, в контексте перестройки. Ведь очень важно, чтобы каждый, кто причастен к устроению «матча Блохина», в своём деле действовал в меру своей компетенции, но сумел бы подняться до осмысления общих судеб народа и глобальных проблем, испытывающих сейчас страну на прочность. Милосердие, духовность, благотворительность – всё это люди должны ощутить в процессе проведения нашего праздника, а не просто увидеть или прочитать о нём. Люди должны стать его участниками, сопереживать вместе с его устроителями». Увы, жизнь диктовала свои законы. Чуть забегая вперёд, признаюсь, что буквально за несколько дней до начала наших торжеств, как говорится, опустил меня на грешную землю Блохин. Своим вопросом: - Дэви Аркадьевич, всё прекрасно, Киев шумит, а какова наша с вами доля? - Вы о чём? – не понял я. - Каков наш процент заработка? - Я об этом не думал,- говорю ему.- Закончим праздник, подсчитаем расходы всех партнёров, подобём доходы, определим разницу и тогда будем, видимо, делить кто сколько заработал... - Дэви Аркадьевич, мне жаль вашу семю,- с каким-то сарказмом говорит Олег.- Подписывать контракт надо до того, как вышел на поле! А когда судья свиснет окончание игры, все разбегутся... Думаю, Блохин был прав. И даже накануне торжественных проводов не забывал о своём статусе профессионала, где всё четко прописано заранее. Мне срочно пришлось созвать совещание партнёров, которые, мягко говоря, «со скрипом», но всё-таки согласились составить и подписать договор, согласно которого Блохину надлежало выплатить... одну тысячу долларов (впрочем, как и каждому иностранцу, участвовавшему в прощальном матче в составе сборной звёзд мира). Трёхдневный праздник в честь прощального матча-бенефиса открылся Вечером, накануне бенефиса, позвонил Лобановский. - Дэви, придётся вносить коррективы в ваш сценарий,- сказал он.- Никого из ребят не будет. Они не хотят, а заставить их я не могу... - А вы сами? - Я буду обязательно - Спасибо, Васильич, это главное! Впрочем, новость не была для меня особым сюрпризом. Жены иных футболистов, большие «хранители» секретов команды. Звонившие мне в те дни в поисках «лишних билетов», рассказали, что их мужья решили торжество во Дворце «байкотировать». Дескать, он «король», а мы кто!? Бог им судья, думал я. И, поверьте, ни с кем из звёздных партнёров Блохина за двадцать минувших лет эту тему ни разу не затрагивал. Между прочим, в дни проводов Блохина Васильич огорчил меня ещё одним звонком: накануне встречи с болельщиками во дворце культуры «Украина», где замышлялся откровенный разговор о футболе и, естественно, жизни. В афишах значилось, что на сцене в этот вечер будут Валерий Лобановский и Олег Блохин, а ваш покорный слуга – в роли ведущего. Но, позвонив заранее, Васильич предупредил, что улетает с командой в Алма-Ату («Так решило руководство...»). Впрочем, вернёмся мысленно во Дворец спорта. ...То и дело адресуя добрые слова поклонникам искусства и милосердия, верным друзьям футбола, лауреат всесоюзных конкурсов артистов эстрады, конферасье из Москвы Олег Марусев на этом своеобразном праздничном балу одного за другим приглашал в «белокаменную гостиную» ярких звёзд искусства. Не описать словами той теплоты и душевности, которые дарили в тот вечер Блохину (и , естественно, счастливчикам, которым удалось попасть во Дворец спорта!) Иосиф Кобзон и Лев Лещенко, Геннадий Хазанов и Александр Малинин, Софико Чиаурели и Котэ Махарадзе, Тамара Гвердцители, поэт Юрий Рыбчинский и композитор Геннадий Татарченко, победитель всесоюзного КВН-87 – «Клуб одесских джентльменов» и многие-многие другие. И это не был дежурный набор просто «номеров эстрады». Отнюдь. Это был эксклюзив для Олега и поклонников его блистательной игры! Недели за три до бенефиса я даже съездил в родную Одессу для того, чтобы встретиться со своими давними друзьями-«джентльменами» Валерием Хаитом, Олегом Филимоновым и Яном Левинзоном, запустил им «жучка» в уши... В тот вечер «Клуб одесских джентльменов» провёл специальное заседание по случаю торжественного избрания в члены клуба Блохина Олега Владимировича – кандидата от Штайрского избирательного округа. После торжественного выхода джентльменов из Одессы сразу прозвучало: - И, как говорили на съезде народных депутатов, поскольку эта кандидатура ни у кого сомнения не вызывает, предлагаем её обсудить! И ещё несколько фрагментов этого выездного «заседания». - Олег Блохин – вдохновитель и организатор всех побед «Форвертса». - Ну, это объясняется просто, джентльмены: он у них там единственный коммунист в команде. - Хватит о «Форвертсе», джентльмены! Олег Блохин всю жизнь играл в киевском «Динамо», а «Динамо», Киев – это целая эпоха в нашем футболе! - В таком случае получается, сэр, что Олег Блохин – это ум, честь и совесть нашей эпохи!? -...Да, джентльмены, как он играет! Как слушается его мяч! - Ничего удивительного, сэр. Хотел бы я посмотреть, кто бы не послушался, если бы майор милиции замахнулся на него ногой!? - А как он готовил гласность и перестройку?! Помните, джентльмены, ещё в годы застоя он всегда на поле открыто говорил всё, что думал... Признаюсь, что, как ведущий «спортивной» части вечера, я испытал довольно волнительные минуты, когда представлял или брал мини-интервью у людей, благодаря которым в большей или меньшей степени зависело становление Олега Блохина как личности и большого мастера футбола. И люди горячо аплодировали всякий раз, когда лучи прожектора высвечивали родителей Олега – Екатерину Захаровну и Владимира Ивановича, его тренеров на различных этапах жизни в клубе и сборной – Александра Леонидова, Александра Севидова, Никиту Симоняна, Константина Бескова, Валерия Лобановского, комментатора Николая Озерова и легендарного Льва Яшина... - Я воспринял сообщение о проведении матча-бенефиса с огромной гордостью за нашу страну, которая имеет таких футболистов, как Олег, которого мы нежно и ласково называем – Олежка! – сказал Лев Иванович, когда я ему передал микрофон.- Вот уже много лет он по праву считается непревзойдённым игроком. И я, безусловно, очень рад, что в его честь проводится большой праздник. Он его заслужил своим мастерством, завидной работоспособностью, отношением к своей профессии... Без преувеличения: горжусь Блохиным! Спасибо тебе, Олежка! Это фактически был убедительный ответ скептикам, которые на пресс-конференции в Москве спрашивали меня, не помешает ли наш матч в Киеве проведению юбилея Яшина? Я отвечал им, что не надо «сталкивать лбами» этих блистательных в своём деле людей! И высказывал уверенность в том, что легендарный Лев Иванович Яшин, если только позволит ему здоровье (напомню что, к тому времени великому вратарю уже ампутировали ногу), он обязательно приедет на проводы Олега Блохина. Рождая праздник, обращался ко многим знакомым композиторам и поэтам, также запуская им «жука» в уши. Говорил, что нам для финала бенефиса во Дворце спорта нужна песня. Предложений было три-четыре. Но, когда показали своё произведение мои давние друзья Юра Рыбчинский и Геннадий Татарченко, сразу понял, что это блистательный финал праздника не только во Дворце спорта, но и на Республиканском стадионе. Полагаю, вы догадались о чём именно речь?! Верно, «Виват, Король!». ...Финал бенефиса всегда вспоминаю с особым волнением. Олег держит на руках шестилетнюю Иришку, словно прикрываясь дочуркой, чтобы не видели его слёз, которые скатываются по его щекам. Звёзды искусства и спорта, мы, организаторы этого волнующего действа, на сцене, рядом с Блохиным, а под сводами Дворца спорта под ритмичные овации зала звучит голос Тамары Гвердцители: «Прощай, Король! Прощай! Прощай, Король!» - Тебе поют кругом. Как жаль, не вечен май, не вечен гром. Печаль в глазах, печаль. А в сердце – боль. И каждый грустным стал. Прощай, Король, Прощай! Сегодня твой Последний бал! МОНОЛОГ С ПОДАЧИ КОТЭ... Разумеется, у меня не хватит слов (и таланта!) для того, чтобы описать великолепие праздника собственно прощального матча Блохина в Киеве, на который только по официальным заявкам жаждали попасть люди со всей страны и из-за рубежа - полтора миллиона желающих! Но для любителей статистики приведу протокольную запись этой необычной игры: Сборная СССР – сборная звёзд мира. 3:3 (1:1). Киев. Республиканский стадион. 28 июня. Ясно. 27 градусов. 100 000 зрителей. Судьи А.Спирин, С.Хусаинов, А.Попов (все – СССР). Сборная СССР: Чанов (Черчесов, 46), Бессонов (Родионов, 46), Балтача, Горлукович, (Оганесян, 75), Чивадзе (Баль, 46), Лужный (Яремчук, 46), Алейников (Литовченко, 46), Черенков (О.Кузнецов, 46), Бородюк, Ю.Савичев (Протасов, 46), Блохин (Беланов, 46). Тренер Валерий Лобановский. Сборная звёзд: Пфафф (Бельгия), Джентиле (Италия), Кирарте (Мексика), Спасич (Югославия) (Штилике, 69), Штилике (ФРГ), (Ферстер, ФРГ, 46), Казало (Югославия), Антониони (Италия), (Дирсеу, Бразилия, 46), Брайтнер (ФРГ), Рошто (Франция), (Охана, Израиль, 46), Детари Венгрия), Савичевич (Югославия), (Блохин, 46). Тренер Франц Беккенбауэр. Голы:: Бородюк (19), Савичевич (20), Беланов (51, с пенальти), Дирсеу (56), Блохин (90, с пенальти), Балтача (90). Поясню, что игрок из ФРГ Штилике, которого после первого тайма заменил Ферстер, на 69 минуте вышел на поле вновь и заменил травмированного югослава Спасича. Блохин выходил на поле дважды и оба раза с повязкой капитана. И дважды под номером «11» на футболке. Правда, в протоколе не отражен один любопытный момент . В самом разгаре второго тайма все увидели , как Олег, надев вратарский свитер и перчатки гораздого на выдумки Пфаффа, встал в ворота сборной мира, а известный бельгийский голкипер в футболке Блохина пошёл в нападение... Впрочем, не вдаваясь больше в детали великолепного футбола и яркого фона общего праздника, позволю себе поделиться личными ощущениями, которые были зафиксированы с документальной точностью именно в тот день, двадцать лет назад. Благодарен за это своему старшему сыну Юрию, который, как принято говорить, перевёл в «цифру» видеоматериалы, которые хранились в моём досье на различных носителях. Так что, работая над этим материалом, снова мог насладиться репортажем блистательного мастера эфира и великолепного актёра Коте Махарадзе, земля пухом этому светлому человеку, патриоту своей любимой Грузии. Мы пригласили на роль комментатора именно его потому, что так хотелось Олегу. - Сегодня наших и чужих нет,- говорил миллионам телезрителей Котэ Махарадзе, когда матч подходил к концу.- И гостей нет. Все сегодня чествуют Олега Блохина. Это главная цель, главная задача, главный сюжет и главный подтекст сегодняшнего матча... Я уже был в комментаторской кабине, куда поднялся по просьбе Котэ минут за 15 до конца игры, когда Махарадзе говорил о нас, организаторах праздника, называя всех партнёров. - ...Сейчас вот здесь по нашей просьбе писатель и журналист Дэви Аркадьев, который возглавлял с начала и до конца это дело у нас в студии и я хочу предоставить ему слово,- говорит Котэ.- Прошу вас, Дэви! В тот момент я не думал о миллионной телеаудитории всей огромной страны. Просто делился чувствами и мыслями, волновавшими меня, только с ним – обоятельным К.Махарадзе. Впрочем, вот точная фонограмма того моего монолога двадцатилетней давности - в прямом телеэфире: - Вы знаете, Котэ, мне этот матч видится – и пусть это не покажется вам пафосом, не воспринимается громкими словами! – потому, что это искренне. Мне этот матч видится в общем контексте перестройки в нашей стране. Ведь откровенно говоря, Олегу самому ещё недавно даже не верилось и не мечталось, что в Киеве, на родном его стадионе возможен такой матч. Вы в своём репортаже уже, думаю, вспоминали, что 17 лет назад торжественно провожали из большого футбола великого Льва Яшина. Но я оптимист и говорил Олегу о том, что в жизни у нас всё-таки происходят перемены. Такой матч нужен не только вам, Олег! Личность – будь то в футболе, в искусстве, в литературе, в строительстве, да где угодно! - остаётся личностью. Личности надо отдавать должное при её жизни. И вот, думаю, что самое главное. Когда мы только начинали подготовку к этому празднику, не было создано никаких традиционных для нас оргкомитетов во главе с крупными руководителями, которые обязательно занимают высокие посты, но к которым, как правило, всегда трудно было попадать. Нет, никаких оргкомитетов! Для подготовки этого матча объединились люди, каждый из которых компетентен в своём деле. Вы уже называли организаторов – футбольный клуб «Динамо», управление спортсооружений и кооператив «Пегас». И сегодня, когда праздник уже подходит к финишу, когда страна его видит, хочется сказать огромное спасибо этим людям. И ещё сказать, что мы, видимо, всё можем. Но главное, чтобы свое дело делали компетентные в своей профессии люди. И чтобы им не мешали! Отрадно, что это праздник не просто футбола. Это праздник футбольной личности. И это праздник милосердия, духовности. Люди видят здесь, на стадионе, инвалидов в колясках и сестёр милосердия, а ведь на трибунах приглашённые на праздник бесплатно дети-сироты из многих детских домов Киева и Киевской области. Сегодня здесь распространяют блиготворительные билеты советского детского фонда... В этот момент операторы показали крупным планом инвалидов в колясках и сестёр милосердия. - Да,- продолжаю свой монолог,- это наша боль, но и жизнь. Милосердие, которое нужно нам всем, но прежде всего нашим детям. В адрес нашего праздника приходит много телеграмм. В том числе и от народных депутатов СССР. С некоторыми познакомлю наших телезрителей. «Уважаемый Олег Владимирович, в день вашего бенефиса от имени Украинского фонда культуры от всего сердца желаю вам – великому мастеру!- счастливого творческого многолетия при воистину казацком здоровье. Ваш верный болельщик Борис Олейник». Разумеется, на поле возникали острые ситуации и, глядя на монитор, я конечно же делал какие-то паузы для того, чтобы Махарадзе мог комментировать матч. Но после нескольких коротких фраз всякий раз он говорил: - Продолжайте, Дэви, пожалуйста. - Признаться, Котэ, я сегодня чувствую некоторую усталость и, думаю, чисто по человечески вы меня понимаете,- продолжал я. - Но вместе с тем испытываю огромную радость за Олега – такую личность отечественного футбола! Отрадно, что на трибунах Лев Яшин, Константин Бесков, Николай Озеров, Никита Симонян, но главное, - что здесь его мать, отец, жена, дочь, брат – это замечательно! И прекрасно то, что мальчишки, которые сидят на трибунах, видят этот праздник, видят, как отдают должное личности! Так, может быть, восстановив традицию с тех самых пор, как провожали легендарного Льва Яшина, так и будем поступать!? Может быть, так и надо!? Так и будем провожать достойных личностей в спорте,- будь то в футболе, в хоккее, в гандболе... И позвольте ещё одну телеграмму. Тоже из Москвы: «Дорогой Олег, спасибо за всё, что вы сделали для утверждения прав талантливого человека в довольно бездарные времена. Если все одарённые люди будут победоносны, как вы, а страна будет работать с результативностью киевского «Динамо» блохинских времён, колбаса в продаже появится! Люблю, обнимаю, ваш Виталий Коротич, народный депутат СССР, главный редактор журнала «Огонёк». - Прекрасно, в духе времени, - говорю в эфир, благодарю Котэ и убегаю за... Ирочкой Блохиной, заканчивать наш праздник. Разумеется, у нас был сценарный план наших торжеств и я искренне признателен моим талантливым творческим партнёрам, с которыми рождал праздник – писателю Роберту Виккерсу, лауреату театрализованных праздников Марлену Глинкину, народному артисту УССР, художественному руководителю праздников и фестивалей министерства культуры УССР Борису Шарварко, лауреату всесоюзных и республиканских конкурсов театрализованных праздников Дмитрию Мухарскому, поэту Юрию Рыбчинскому. Но кто нам, стремившимся к подлинной свободе, мог запретить импровизировать!? Один из экспромтов, которые я себе позволил в последние минуты прощального матча Блохина и привёл в восторг стотысячный стадион, миллионы телезрителей и конечно же был схвачен фотокорреспондентами и телеоператорами. Когда Олег в составе сборной звёзд мира забил гол и направился к центру поля, на табло шла 90-я минута матча. Я подвёл Иришу Блохину к кромке поля, показал ей где папа и сказал: «Быстро, Иришка, беги к папе, хватай его за руку и уводи его с поля!» Всё произошло так быстро, что Олег, похоже, не успел сообразить, что произошло но, повинуясь дочурке, держа её за руку, медленно потрусил с поля... А спустя какое-то время был его медленный круг почёта, слёзы счастья и горечи, которых он не скрывал и снова, как и во время финала бенефиса во Дворце спорта, над стадионом-стотысячником из всех его динамиков в честь проводов из большого футбола легендарного форварда звучало: «Виват, Король! Виват!» Дэви АРКАДЬЕВ Филадельфия - Киев, июнь-декабрь, 2009.
Последние комментарии 11.03.2010 23:55, мама и сын порно
06.03.2010 21:19, скачать mp3 бесплатно 2009
04.03.2010 21:47, Empomsinsen Заходи к нам:
Добавить комментарий
В ОАЭ начался турнир с участием клубов, ставших лучшими на своих континентах
|
|
|
|
Доктор Комаровский: «Моя цель не лечить детей, а учить родителей» Если вам окончательно надоели зима, политика и вконец запущенный город, есть шанс встряхнуться В Украине насчитывается десять дельфинариев Иена нам не поможет, а рубль — вполне
Украинцев-гастарбайтеров выгоняют из Чехии Стреляли не на поражение, а чтоб вызвать панику Крупы хватит всем. Правда, дорогой Украина имеет достаточные запасы круп, чтобы покрыть потребности населения Украину «трясет» двести раз в год На днях румынские сейсмологи предрекли Украине и Крыму мощное землетрясение Не перевелись миллиардеры в Украине За березовым соком с лесным билетом Вчера Министерство окружающей среды обнародовало правила сбора березового сока В столичном метро появился новый поезд Вчера в киевском метро презентовали новый поезд, который запустили на Сырецко-Печерской линии Четыре банка начали выплаты компенсаций вкладчикам «Укрпромбанка»
Игрушечные «коники» и светящиеся конструкции Скульптура — застывшее движение Суд обязал актера Панина вернуть дочь матери Артисты просят президента навести порядок Василий Лазарович: «Мне лично песня очень нравится» Дэвид Духовны лечился от сексуальной зависимости Слава Фролова: «У меня нет клише для мужчин» Наталья Сумская ушла с «Интера»
Усейн Болт и Серена Уильямс — лучшие в 2009 году В ближайший уик-энд стартует 61-й чемпионат самых популярных гонок в мире
«Тушки» поданы, Кабмин утвержден Вчера в Верховной Раде родилась новая коалиция «Стабильность и реформы» |
|
© "Киевские ведомости". При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.kv.com.ua обязательна. Редакция может не разделять точку зрения авторов статей и ответственности за содержание републицируемых материалов не несет. Разработка и создание сайта — „Flashmedia“, Киев |